Архив метки: Честертон

О природе фанатизма

Вчера довелось поговорить с одним русским, который живет в Хьюстоне с 85-го года. Проговорили с ним часа два, он рассказал мне много интересных историй. Но в конце беседы он сказал такую фразу: «Знаете, забавнее всего слушать истории о жизни в СССР от тех, кто никогда там не жил, и истории о жизни в Америке от тех, кто никогда там не был». Я спросил почему. Он ухмыльнулся: «Человек даже не подозревает, что рассказывает чье-то третье мнение, думая, что это его собственное».

У Честертона есть пикантное наблюдение о природе фанатизма. Он писал, что фанатик, вопреки расхожему мнению, это вовсе не тот, кто слишком глубоко погружен в свою веру. Наоборот, это тот, кто знает ее поверхностно». С его точки зрения, чем глубже человек погружается в «свое», тем меньше у него снобизма по поводу этого «своего». Чем меньше он знает «свое», тем более непримиримо он это защищает. Питер Крифт писал, что чем глубже человек знает Бога, тем больше он находит общего с другими людьми, тоже знающими Бога, несмотря на различия. И тем менее он склонен «защищать свое с пеной у рта». Читать далее О природе фанатизма

Поделиться

Весь фокус в фокусе

И как же я был удивлен, когда на днях влез в теплую ванну. Лет 15 назад, помнится, я переключился на душ и с тех пор не переключался обратно. А ванна, надо сказать, оказалась прекрасной, с шикарным окном и видом на проливной дождь. И еще был там гидромассаж. И знаете, как бывает, когда делаешь что-то «новое», — вдруг оживают чувства. Быт затирает их до неузнаваемости, а новый опыт всегда их ворошит.

Я самозабвенно лежал в ванне, вокруг меня бурлила теплая вода, а за окном, не переставая, лил дождь. И вот еще что: в ванне оказались игрушки — племянницины. Она их не убрала. Почему-то. Честно говоря, влезая в ванну, я на них не обратил внимания. Ну мало ли что там валяется. А потом все эти уточки и лягушки вокруг меня завертелись. Я смотрел на дождь, на уточек, на деревянную линейку, которая все время била меня по подбородку, и, незаметно для себя, вдруг начал шлепать этой линейкой по воде. Оказалось очень прикольно. Линейка воду притягивает, как магнит. Читать далее Весь фокус в фокусе

Поделиться

То, чего могло бы и не быть

Сказки мудры и многослойны. В них таятся пласты сокровенного смысла. «Аленький цветочек» Аксакова — метаистория, гипертекст, каждый поворот которого иллюстрирует что-то в тонкой настройке нашей души. Подобно младшей дочери купца, Настеньке, все мы оказались на необитаемом острове, на котором нам все время кажется, что тут кто-то есть. Нам кажется, что кто-то постоянно ведет с нами диалог. Кто-то позвал нас сюда и очень хочет с нами познакомиться. Он дает нам подарки.

Мы узнаем их. Настенька подходит к озеру, и вдруг перед ней лодка. Как? Откуда? Садится в лодку, и та начинает плыть — без весел. Она проголодалась — вот стол с яствами. Ее не оставляет чувство, что тут кто-то прячется. Кто же он? И нас в этом мире не оставляет чувство, будто здесь кто-то есть. Что вокруг нас не просто физический мир, а следы чьего-то присутствия. Морской прибой это не просто шум, а музыка, поющая о чем-то дальнем, неземном. Момент одиночества в утреннем лесу это не просто ленивая прогулка, а общение с кем-то. Мысль, высказанная другом, это не просто информация, а путь к осознанию себя. Читать далее То, чего могло бы и не быть

Поделиться

Проживи свою жизнь

Мы все читали и в научных и в художественных книгах о человеке, забывшем свое имя. Он бродит по улицам, все видит и воспринимает, только не может вспомнить, кто же он. Каждый человек — герой этой истории. Каждый из нас забыл, кто он… Мы все подвержены этой умственной болезни — мы забыли свои имена. Г.К. Честертон (Ортодоксия)

Чаще всего мы живем так, будто знаем, кто мы. Мы кем-то себя считаем и иногда даже думаем, что этого вполне достаточно. И все вроде бы хорошо, но бывают моменты, когда нас вдруг потрясает какая нежданная встреча с Чем-то или Кем-то, и тогда мы застываем на месте, вдруг осознавая, что подлинного себя мы не знаем. Эта встреча опрокидывает наш мир и заставляет нас признать: «А ведь я живу не своей жизнью». «Это не я».

Но кто я? Как мне имя? Внутри каждого свербит этот вопрос, но мы обычно задавливаем его в себе, чтобы жить «нормальной жизнью». Но как бы мы ни старались, кто-то время от времени все равно стучится в наше сердце и говорит мягко, но настойчиво: «Это не ты». «Как тебе имя?»

Иногда лукавить становится невыносимо, и тогда мы выходим навстречу этому голосу. Но, как ни странно, он не говорит нам ничего конкретного. Он не сообщает нам нашего имени, а, наоборот, спрашивает нас. Как тебя зовут? Разве ты сам не чувствуешь? Разве тебе не говорят другие? Что делает тебя живым? Ты ведь знаешь, отчего у тебя мурашки бегут по коже.

Томас Мертон, католический монах 20 века, говорил: «Святой – это человек, проживший свою жизнь». Какая это привилегия, в 100% случаев быть самим собой! Кто может этим похвастаться? Когда в любую секунду ты можешь сказать: «Это я». Я не прячусь, не притворяюсь, не пытаюсь внешне соответствовать какой-то норме, не стараюсь ничего заслужить. Я живу. Читать далее Проживи свою жизнь

Поделиться

Норма с угла ненормальности

Внутренний мир человека во многом определяется призмой, через которую он смотрит на вещи. Знаю одного человека, что бы я ему ни сказал, он все истолковывает как обвинение, камень в свой огород. Даже если я пытаюсь сказать что-то доброжелательное — вероятность того, что это будет понято в «обвинительном» ключе очень велика. Ну прям как заколдованный.

Другой, что бы ему ни говорили, всегда находит, с чем бы поспорить. Он как будто воспринимает мир через призму «защита диссертации» — он будто стоит перед преподавательской комиссией, и ему нужно, во что бы то ни стало, защитить свою позицию. Хочется сказать: «Да расслабься ты, я просто тебе рассказываю свой опыт. Здесь не с чем спорить!» А он опять: «Знаешь, а я тут с тобой не согласен».

Третий всегда и во всем пытается уйти от конфликта, четвертому непременно нужно оправдание всех его действий, иначе он чувствует, что «ничего полезного не делает». Пятый уверен, что он хорош, только когда считает себя достаточно плохим. Шестой считает, что он плохой, и это хорошо. Я сам – призма. И чаще всего мы не замечаем ту призму, через которую мы интерпретируем мир. Но если ее заметить, чары разрушаются. Потому что эта призма — чисто ментальный конструкт, которого в реальности не существует. Это — чистая мнимость. Фантом, который мы приняли за истину. Читать далее Норма с угла ненормальности

Поделиться

А это вовсе не кабан

Когда мы стали покупать чай Ahmad Летний Чабрец, мне сразу понравилась картинка на упаковке, хотя сначала я не понял почему. Три барышни сидят на веранде за чаем, а четвертая – самая молодая – входит в дверь с букетом полевых цветов.

чай ахмат

Со временем я понял, что, собственно, меня зацепило на этой картине Альберта Линча – то, что этим дамам совершенно нечего делать. Знаете, бывает такое состояние, когда после двух недель каникул вдруг понимаешь, что работа – это что-то из другой жизни. Жизнь течет неспешно, одно дело плавно перетекает в другое, а иногда вообще не перетекает.

Барышни эпохи Джейн Остин сидят за столом так, будто им нечего делать, но есть о чем поговорить. Когда ты ничем не занят, начинают проявляться нюансы жизни. Они просто пьют чай, наслаждаются компанией друг друга и радуются мелочам жизни – букету, собранному молодой девушкой, чаю, который хозяйка загородного дома разливает с явным удовольствием и знанием дела. Дамы одеты празднично, нарядно, даже изысканно, подчеркивая утонченность момента – здесь и сейчас жизнь видна во всех ее тонкостях, ароматах, красках, узорах и беседах.

Дама у окна пальцем заложила страницу в книге небольшого формата – скорее всего, это стихи. Они только что читали друг другу, еще мгновение назад, и теперь отвлеклись на вошедшую подругу. Прервались? Ну и что – времени-то полно. Каждое новое событие обогащает день новыми оттенками радости. Чем они займутся, когда попьют чай – Бог его знает. Тем, что придет в голову. Возможно, пойдут гулять до соседней деревни, чтобы заодно купить у соседа на пасеке свежего меда. Может быть, решат украсить веранду цветами к приезду гостей вечером. Может, пойдут плавать на лодке. Мы не знаем, и они не знают. В каком-то смысле даже Сам Бог не знает, что придет им в голову. И Он ждет, что же это будет.

Ему Самому интересно – ведь Святой Дух начинает вкладывать в наши сердца желания, только когда в нашей жизни наступает пауза. Мы ничего не делаем, мы просто есть. Наступает как бы пустота. Но, как говорил, В.И. Бибихин, это пустота, в которой таится слово «пусть». Это пустота потенциала. Пустота рождающая. Пустота напряжения перед появлением на свет чего-то нового, чего еще никогда не было.

Бесплодие – результат излишней деятельности. Мы не умеем просто быть. Быть – это великое искусство, которое мало кому доступно. Поэтому мы ничего не рождаем. Только пустота способна зачать. Мы не даем Святому Духа места. Он в нас не помещается. Мы не умеем ничего не делать. Надо учиться. Учиться быть. Это состояние ребенка, который встает утром и знает, что он сейчас будет играть. Ему нечего делать, кроме игры. У него нет проблем. Есть папа и мама – какие могут быть проблемы! Но есть карандаш, который почему-то превратился в дротик и просится, чтобы его запустили в пробегающего мимо кабана. Упс, это был не кабан, а папа. Ну ничего. После небольшой паузы, игра продолжается.

У псалмопевца есть похожая мысль в Пс. 130: «Я не входил в великое и для меня недосягаемое … как дитя, наевшееся и отпавшее от груди матери? Душа моя была во мне, как дитя, наевшееся и отпавшее от груди» (Синодальный перевод не совсем понятный, я перевел с английского).

Настоящая жизнь состоит из совершения совершенно бессмысленных вещей. Бессмысленных как сама игра. Как писал Честертон, признак душевного здоровья – совершение бессмысленных действий, таких как, например, раскачивание ногами под стулом или бездумное сбивание палкой высоких травинок. Таких как собирание букета цветов, которые завтра завянут. Или как наливание чая тихим солнечным утром в компании ничего не делающих друзей. Или как чтение пары поэтических строк, которые захватили тебя накануне. Или как прогулка в соседнюю деревню, когда тебе совершенно туда не надо.

В седьмой день Бог почил. Если мы хотим войти в Его покой, мы должны взять с Него пример и, наконец, усесться на диване в ожидании пустоты, которая таит в себе слово «пусть», «да будет». И тогда будет так.

Поделиться