Архив метки: К.С. Льюис

Колхоз и Троица

У Клайва Льюиса есть интересное описание дружбы в трактате о любви (если я не ошибаюсь). Дружба – это единственный род отношений, которые не строится на какой-либо земной зависимости. Подумайте сами: как только вы чувствуете, что ваш друг хочет получить от вас что-то, кроме вас самих, у вас тут же пропадает желание с ним дружить. Мы понимаем, что ему нужен не я, не то, кем я являюсь, а что-то иное, что я могу дать: эмоциональную поддержку, финансы, бытовую или соседскую помощь, побег от одиночества, возможность послужить «нуждающемуся» и т.п.

Дружба не терпит зависимости. Все другие типы связей между людьми построены на обязательствах, и только дружба дает другому быть самим собой. Потому что такова ее суть – наслаждение другим в его отличии от всех остальных. Высший символ дружбы – Троица. Неслиянность трех уникальных лиц при полной их нераздельности. Противоположностью дружбы, в определенном смысле, является колхоз. Колхоз, или «колхозность» – это поглощение индивидуального, личностного «я» коллективным «мы». «Мы» всегда важнее, чем «я». В «колхозном» сообществе человек жертвует своим «я», но не потому что хочет, а потому что вынужден. Он зависим. Читать далее Колхоз и Троица

Поделиться

Не смотри на меня так, Еник!

Так смеялись всей семьей над эпизодом «Улицы Сезам», когда Еник рассматривает Власа в бинокль с расстояния полуметра. Через несколько секунд Власу становится не по себе:

– Что ты на меня так смотришь, Еник?

– Просто ты мой самый близкий друг, и я хочу рассмотреть тебя поближе, – отвечает Еник.

Влас пробует выдержать на себе этот взгляд еще немного, но взрывается:

– Слушай, не смотри на меня так, Еник, это невыносимо.

– Ну, Влас, разве тебе не хочется, чтобы твой самый близкий друг смотрел на тебя, не отрываясь?

– Неееет!!!

Во всем есть своя мораль! Всем нам нравится, чтобы на нас обращали внимание, но мы не выносим, когда на нас смотрят так, как будто мы – пуп земли. Когда ты смотришь на человека так, как будто только он один на всем белом свете может сделать тебя счастливым, ему становится не по себе. Это невыносимая ноша – когда на тебя ТАК смотрят. Мы начинаем ёжиться – да не смотри на меня так. Я просто человек.

Хочется сказать: «Во мне нет ничего особенного». Но это не так. Особенное есть в каждом. Все мы особенны, неповторимы, божественны. Но странный парадокс заключается в том, что наша «божественность» не выносит на себе прямого взгляда. Она расцветает только, когда смотрят не НА нас, а СКВОЗЬ нас, на что-то третье. Читать далее Не смотри на меня так, Еник!

Поделиться

В 15:50 конец света

Семнадцатое декабря. Рассвет в 8:50, закат 15:50. Провожаешь солнце с чувством, что наступает конец света. И он действительно наступает – до следующего утра тьма кромешная. Зато утром, когда выходишь на пробежку, ловишь каждый лучик, просачивающийся сквозь сосновую чащу. Жадно впиваешься глазами в залитые оранжевыми тонами кроны. На сердце весело. Солнце улыбается. По крайней мере, в Сибири.

Возможно, в Африке с солнцем другие ассоциации, а у нас так. Поклониться солнцу очень просто. Наши предки берендеи так и делали. И дело тут не в том, что от солнца зависели их виды на урожай, хотя это, конечно, так. Просто любой человек, смотрящий на солнце, нутром понимает, что оно струит не только свет, но и жизнь. Через него нас касается какая-то благодать.

Язычество имеет своим корнем ощущение того, что мир вокруг живой. Вода, воздух, небо, звезды, земля, горы, камни — не просто объекты, а сосуды, в которых заключена Жизнь. Вода не просто течет, она поет. Облака не просто летят, они рисуют в небе узоры. Солнце не просто светит, оно живит. Камни не просто лежат, они свидетельствуют, а иногда даже вопиют.

Древние языческие культы обожествляли все тварное, и у них были на то основания. Не зная истинного Бога, нельзя не обожествить то, чего коснулась Божественная рука. Как писал Питер Крифт, «если человек никогда не испытывал искушения поклониться солнцу, он никогда не сможет по-настоящему поклониться его Творцу». Мы живем в мире отблесков, в мире теней. И эти тени очень напоминают нам очертания чего-то. Читать далее В 15:50 конец света

Поделиться

И тогда откроется дверь

«Сын мой! словам моим внимай, и к речам моим приклони ухо твое; да не отходят они от глаз твоих» (Прит. 4:20-21).

Задумался, почему, собственно, от глаз. От ушей, от уст – еще понятно. Но от глаз? Если подумать, то все эти «речи» в книге Притч это не дискурсы на пять страниц, а, скорее, загадки, гадания из древности, своего рода коаны. Притчи – это две-три фразы, создающие в воображении яркий чувственный образ.

Взять хотя бы одну из самых коротких притч Иисуса: «Еще подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал все, что имел, и купил ее» (Мф. 13:45).

Интересно то, что эту притчу можно «истолковать», как мы это чаще всего делаем, но можно ее и «увидеть» – глазами опыта. Внутренним зрением. Потому что именно такова природа притчи, мифа. Притча или миф – это нечто, обращенное к опыту человеку, и правильно ее понять можно только через узнавание ее в своем опыте.

К.С. Льюис в предисловии к «Фантастесу» Джорджа Макдональда дает такое определение мифа (не дословно): «Это история, которую знают все, даже если они ее никогда не слышали». Я никогда не читал историй о купце, который продал все, чтобы купить поле с драгоценной жемчужиной, но я знаю на своем опыте, что значит встретить на пути что-то драгоценное, ради чего хочется отдать все.

Читать далее И тогда откроется дверь

Поделиться

Однажды у солнышка поднялась температура

Автор одного мотивационного блога начал свой пост следующим образом:

«Недавно я жарил во дворе барбекю. А я очень люблю жарить. Я жарил и жарил. Ребрышки, стейки, индейку. Я так увлекся жаркой, что не заметил, как все пожарил. И знаете что – еда, которую ты приготовил с любовью, КАЧЕСТВЕННО отличается на вкус от еды, приготовленной, потому что надо есть. Это признали все мои гости».

Почему то, что мы делаем с любовью, получается особенным? Почему песня, которая тебя «зацепила», звучит особенно, если ты ее споешь? Почему рассказ, написанный с удовольствием, ни с чем не сравним? Как говорил Дмитрий Быков о Пушкине, это, пожалуй, единственный русский поэт, из которого стихи лились играючи (хотя это не исключает напряженного труда с его стороны, игра ведь требует большого напряжения сил).

Когда человек рассказывает другим то, что задело его самого, его рассказ звучит убедительно, интересно. Он как будто что-то являет. Что-то приоткрывает. Думаю, именно это испытывал апостол Павел, когда спустился с третьего неба. Он горел желанием рассказать о том, что там увидел («горе мне, если не проповедую»), но слов не находил.

Но то, что он сказал нам, до сих пор поражает своей глубиной. Заметьте – большую часть из того, что написал Павел, он принял от Самого Господа, из откровения, а не от человеков. Не исключено, что он увидел и услышал все это на третьем небе.

У него нет слов, есть только метафоры, вялые сравнения, но и они много стоят. На них стоит учение Церкви. На вялых попытках сказать то, что ты увидел на небе.

Когда мы затронуты Богом, когда мы «побывали на третьем небе», мы говорим как никогда ясно, но наши слова – лишь блеклые отзвуки того, чем горит наша внутренность. Но даже эти блеклые отзвуки потрясут тех, кому мы свидетельствуем.  Читать далее Однажды у солнышка поднялась температура

Поделиться

«Летающий шотландец»

На днях Яник (мой сын) выиграл турнир по большому теннису. Первое место занял. Сам удивился. Как так, почему выиграл? Не ожидал. Были серьезные противники.

Когда смотришь на людей, чем-то занимающихся – не важно чем – довольно быстро понимаешь, с какими мотивами человек это делает. Следя за турниром, я как-то сразу понял, что Янькины противники играют, чтобы выиграть.

Они расстраивались по поводу и без повода, спорили о спорных ситуациях с пеной у рта, лупили по мячу со всей силы – видимо, желая сбить противника с ног любой ценой. Я с радостью отметил, что Яник не стремится выиграть. Он играл расслабленно, хотя и сосредоточенно.

Короче, играл с удовольствием, смакуя каждый удар, наслаждаясь упругой отдачей мяча по ракетке, подавая так, как будто он оказывает противнику услугу (кстати, по-английски «serve»).

Мне вспомнились слова спринтера Эрика Лидделла из фильма «Огненные колесницы» (Chariots of Fire): «God made me fast and when I run I feel His pleasure». «Бог сделал меня быстрым, и когда я бегу, я чувствую в себе Его радость». Читать далее «Летающий шотландец»

Поделиться