Зайчиха тихо спала в своей норке, окруженная выводком пушистых зайчат, которые жались к ее теплой шерстке. Ей не хотелось просыпаться: даже во сне она знала, что, проснувшись, ей придется вспомнить о том, о чем вспоминать не хотелось. Это «что-то» было неприятным, липким и гадким, и, блуждая на грани между сном и пробуждением, она отчаянно боролась за свой покой.

Наконец, зайчиха открыла глаза: в норку ворвался озорной солнечный лучик и защекотал ее в нос. Она чихнула и окончательно проснулась.

«Какое солнце», – с улыбкой подумала она, еще не вполне осознав, что уже не спит. Окинув взглядом норку, она нырнула к выходу и высунула мордочку наружу. Весь холм был залит тепло-оранжевым светом утра.

Но тут она вспомнила – паутина! Паутина была везде: на деревьях, на траве, на пнях и даже на ней самой. Вот почему ей не хотелось просыпаться! Куда же от нее деваться? Взгляд зайчихи потух, улыбка исчезла, а в сердце закрался давно знакомый страх.

Паутина покрывала лес уже давно. Никто уже не помнил, как и когда она появилась. От нее не было никакого спасения. Едва счистишь ее липкие нити со своего носа и лап, как она снова появляется.

Забыть о паутине удавалось только во сне, да и то не всегда. Частенько она проникала даже во сны. Впрочем, во сне она, по крайней мере, не казалась такой реальной.

В этот момент зайчиха увидела бежавшую мимо белку. Та несла в руках какую-то плошку.
– Доброе утро, соседка, – окликнула ее зайчиха.
– Доброе, доброе, – торопливо отвечала белка, – как зайчатки?
– Спят еще. А что это ты несешь?
– Да вот купила средство от паутины.
– Не может быть! – воскликнула зайчиха.
– Дорогая вещь, – со знанием дела объяснила соседка, – пришлось отдать за нее годовой запас орехов.
– И что, помогает? – поинтересовалась зайчиха.
– Разумеется.
– Покажи.
– Ну смотри, – белка помазала себе нос и с довольным вздохом опустилась на траву, сплошь покрытую паутиной. Вдруг глаза ее закатились в блаженной истоме, и она, запинаясь, проговорила: «Ах, как хорошо, и никакой па…ути..ны».

Зайчиха не могла поверить своим глазам. В этот самый момент паутина, вместо того чтобы исчезнуть, начала расти, расползлась по всей мордочке белки и стала ее душить.

– Соседушка, – проговорила изумленная зайчиха, – как же ты говоришь, что паутины нет! Наоборот, ее стало больше. Неужели ты не чувствуешь? Она тебя душит!

– Кхе…– крякнула одуревшая белка, в инстр..Ук (она икнула)…ции написано, что это временно, пока не начнет действовать препара…
Не закончив фразы, белка тяжело вздохнула, и, пошатываясь, заковыляла по направлению к кривой сосне, где у нее было дупло.

«Бедняга, – с сожалением подумала зайчиха, ­– что же делать? Есть ли спасение от этой гадости, или паутина так и будет душить нас до конца дней? Может, спросить других зверей? Многие из них живут долго, и наверняка что-нибудь да знают».

Но кого она ни спрашивала, никто не сказал ей ничего дельного. Жабы раздувались от гордости, и говорили, что главное уважать себя. Уважающие себя звери просто вываливаются в грязи, чтобы паутины было не видно. Зайчиха только пожала плечами.
Дятел сказал, что сбивает с себя паутину ударами головы о ствол. «Натарабанишься так с утра до вечера, падаешь без задних лап и спишь до утра. И никакая паутина в голову не лезет».

Рыбы объясняли, что главное быть скользким, и паутина просто не успевает налипать.

Осел тупо твердил, что паутины вообще нет.

Черви сказали, что лучше не высовываться из навоза.

Выслушивая все эти ответы, зайчиха только качала головой. Лес был опутан паутиной; она не давала зверям ни дышать, ни ходить.

С дрожащим сердцем повернула зайчиха домой. Пробегая мимо муравейника, она вдруг остановилась как вкопанная: на муравьях и на муравейнике паутины не было.

«Как же это так? – обрадовалась зайчиха. – Почему я этого раньше не замечала? Нужно спросить, как это у них получается?»

Но она не знала муравьиного языка. Обычно звери понимают друг друга, но с муравьями трудно найти общий язык. Кто же может знать язык муравьев?

– Эй, – закричала она, – почему паутина к вам не липнет? – Но никто ее не понял.

На следующий день рано утром зайчиха отправилась к мудрому филину. Уж кто-кто, а он должен знать о языке муравьев. Филин налил зайчихе чашечку мятного чая и усадил в мягкое кресло.


– Язык муравьев, – протянул он задумчиво, – давненько никто меня об этом не спрашивал. – Это очень редкий язык. Муравьи живут обособленно. Мало кто их понимает. Но я слышал от своего прадеда, что у короля Востока есть книга, где объясняется язык муравьев. Муравьи создания мудрые, мудрее филинов. У них нет начальника, но они живут в согласии, и никто не может их одолеть.

– Спасибо, – ответила зайчиха, проглотив последнюю каплю душистого чая. – Видимо, надо искать этого короля.

– Путь не близкий, – прокряхтел старый филин и с тоской посмотрел в даль. Знаю только, что живет он на высокой скале, за сто гор, сто полей и пять морей. А дворец его стоит на холме над холодным морем.

Поблагодарив филина, зайчиха побежала домой, дала указания сестрице о том, как ухаживать за зайчатами, и на следующее утро отправилась в дорогу.

Долго ли, коротко ли, а добралась она, наконец, до высокого холма на краю холодного моря. А перед холмом – пещера. Хотела было зайчиха обойти пещеру, да не смогла. Какой бы дорожкой она ни побежала, она все время оказывалась прямо перед входом.

– Видно, путь мой лежит через темную пещеру, – вздохнула она и двинулась вперед. В пещере ее, конечно же, поджидал дракон. Он лежал на холодном сыром полу, а из-под зеленого брюха выглядывал краешек ветхой книги. Дракон зловеще сверкнул глазами, и в желудке у него заурчало.

– Наконец–то, – промурлыкал он от удовольствия, – последний мой ужин приходил тридцать лет назад. – Он облизнулся. – Прав был владыка Востока: никому больше не нужна эта книга. Разве что таким как ты, ха-ха-ха, – злобно зашипело чудовище. Эх, если б не цепь, я бы уже давно слетал на охоту, – с некоторой грустью сказал дракон.

Зайчиха посмотрела вокруг, но не увидела никакой цепи. Тем временем дракон схватил зайчиху когтистой лапой и поднес к самой пасти. Зайчиха зажмурилась. Но что-то сказало ей в этот момент, что если уж погибать, то не лучше ли попытаться договориться с драконом.

– Да, – ответила она, – я все понимаю, господин дракон, и не возражаю, чтобы вы меня съели. Это ж надо, тридцать лет без ужина! Но позвольте мне перед смертью спросить, что это за книга у вас под брюхом?

Услышав такие кроткие слова, дракон вдруг смягчился:
– Пожалуй, ведь последнее желание закон. Эта книга – язык муравьев. Владыка Востока, которому я служу, повелел мне хранить её как зеницу ока, потому что в ней какая-то мудрость. Всех, кто приходит за ней из большого мира, я должен беспощадно сжирать. Но если книга пропадет, – голос его дрогнул, – он замучает до смерти мою дорогую доченьку, которая томится у него в башне.

Из глаз чудища брызнули слезы. Король украл её ещё крошкой, а теперь она, наверное, уже красавица. Ведь я не видел её уже лет сто! Я бы давно вызволил её из неволи, если бы не эта проклятая цепь.

– Ужасно, – посочувствовала зайчиха и снова огляделась вокруг, но цепи так и не увидела.

– Знаете, господин дракон, один ученый филин сказал мне, что в этой книге тайна муравьиного языка, и если изучить этот язык, то можно узнать, как избавиться от паутины, которая окутала лес. Подумайте сами, зачем королю Востока так хранить эту книгу, если только в ней не кроется какая-то тайна, которая ему может навредить, или даже может его погубить? Разве не этого вы хотите? Он не стал бы так дрожать над этой книгой, не будь в ней что-то важное.

Дракон вдруг повеселел.

– Действительно, и как это я сам об этом не подумал. Все, кто приходили до тебя, говорили, что книга поможет избавиться от паутины, но никто не думал обо мне. А ты подумала.

С этими словами он бережно поставил зайчиху на пол.

– Бери книгу.
– Но ведь, если король узнает, что книга пропала, он замучает твою дочь.
– Он все равно ее замучает. Я каждый вечер слышу, как она стонет в черной башне. Но если ты права, и книга поможет открыть тайну его власти, быть может, чарам его придет конец. Дай Бог тебе удачи, – крикнул он зайчихе вослед, когда та уже выбегала из пещеры, волоча за собой древний фолиант.

Язык муравьев оказался не таким уж сложным. Изучая его, зайчиха и не подозревала, что в этот самый момент шпионы короля Востока, злобные комары, летят к своему хозяину, чтобы рассказать ему об исчезновении сокровенной книги.

Выслушав их писклявый донос, король Востока рассвирепел. Вскочив со своего престола, он, быстро перебирая всеми лапами, – а он был гигантским пауком, – посеменил к черной башне, где томилась дочь дракона. Он убьет пленницу, а потом рассчитается с предателем. Во рту его уже закипала новая порция паутины. Он выплюнет ее на жертву, опутает ее с ног до головы, а потом придушит.

Зайчиха тем временем уже заканчивала освоение муравьиных глаголов. Наконец, она почувствовала в себе силы связать несколько фраз, и бросилась искать ближайший муравейник. Долго искать ей не пришлось; на склоне холма она быстро отыскала дружную цепочку, тащившую в свой дом соломинку.

Подпрыгнув к ним одним прыжком, зайчиха заговорила громко, стараясь четко произносить муравьиные гласные:

– Простите, пожалуйста? Скажите, почему паутина к вам не прилипает? Услышав речь на ломаном муравьином наречии, муравьи застыли от удивления. Наконец, последний в веренице муравей заговорил:

– Что за диво? Ни одно существо не заговаривало с нами на муравьином наречии с тех пор, как явился владыка Солнца. Но если ты говоришь с нами, значит пробил час поделиться тайной нашего рода. Когда владыка Солнца озарил нас своим лучом, род наш принял от него особый дар: мы не нуждаемся в начальнике; каждый из нас сам знает, что ему делать, но от этого не происходит разладов, а наоборот, воцаряется согласие. Владыка Солнца ниспослал этот дар и другим существам, но они отвергли его. Со временем они забыли, как жить своим умом. А потом появился злобный паук, король Востока, который подчинил себе других царей и изобрел способ держать всех в страхе. Он напустил на лес проклятье вечной паутины; она набрасывается внезапно и начинает душить. Лесные жители придумывают разные способы, как от нее избавиться, но все эти хитрости подсказал им сам король Востока, чтобы еще больше их опутать. Есть только один способ избавиться от паутины. Нужно увидеть нить своей жизни в руках у владыки Солнца. Он сам разматывает этот клубок, и нам нечего бояться. Вот почему паутина к нам не липнет. 

– Спасибо, друзья, – поблагодарила зайчиха, – но как же мне увидеть Владыку Солнца?
– Прощай, хранительница тайны муравьев, – вдруг сказал муравей, – ответ на этот вопрос знаешь только ты.

Обдумывая эти не вполне утешительные новости, зайчиха побрела по направлению к своему лесу, но вдруг остановилась. Взгляд ее упал на башню, в которой томилась дочь дракона, и она вздрогнула от внезапной мысли. Что же будет с бедняжкой?

Несколько секунд она колебалась, но потом развернулась и решительно побежала ко входу. Прошмыгнув мимо двух стражей, которые не заметили мелькнувшего у них между ног маленького серого комочка, она стала быстро взбираться по тёмной винтовой лестнице, едва видимой в свете мерцающих факелов.

Наконец, она вбежала в небольшую комнату на самом верху башни, и перед ней открылось ужасное зрелище. Огромный паук загнал в угол дочь дракона и набрасывал на нее прочные веревки ядовитой паутины. Та пятилась назад, а в глазах ее бродил ужас. Но чем больше она пятилась, тем больше веревок и нитей появлялось на ней, и тем тяжелее ей было дышать.

– Стой, – вдруг послышалось позади. Паук стал как вкопанный и обернулся. Увидев зайчиху, он расхохотался.
– Это еще что за тварь? Как ты посмела вторгнуться в мои владения, – прорычал он угрожающе.
– Я знаю язык муравьев, – тихо проговорила зайчиха. При этих словах по телу паука пробежала дрожь.

– Так значит, это ты выкрала мою тайну у дракона, – и на зайчиху стала надвигаться огромная зловещая тень. Ну что же, одним ударом я разделаюсь и с тобой, и с этой гадкой драконихой, а потом и с ее папашей.

Он набрал в рот побольше липкой слюны и что было сил плюнул. Паутина обвила было шею зайчихи, но та вдруг вокликнула на странном наречии:

– Не бойся!

В этот момент паутина задрожала, тут же рухнула на пол и рассыпалась в прах. От удивления паук попятился.

– Не смей говорить здесь на этом языке! – зашипел паук.

– Не бойся! – проговорила зайчиха еще тверже.

Глаза дочери дракона блеснули внезапной радостью. Но через секунду паук снова дал залп. Результат был тот же. Паутина упала и рассыпалась, превратившись в груду пепла. Глаза злодея налились кровью.

Тут он выпустил еще один залп паутины, но она осталась висеть в воздухе, описывая круги над зайчихой. Та вдруг ясно увидела перед собой своих зайчат в норке, а рядом свою сестру. Зайчата лежали вверх лапками и тихо стонали. Мордочки их были опутаны паутиной.

«Они задыхаются! – в отчаянии кричала сестра. «Сестрица помоги, быстрее возвращайся». Зайчиха почувствовала, что у нее обрывается сердце, душу ее заволакивает пелена страха, а откуда-то сверху на нее падают липкие нити паутины. На этот раз паутина достигла цели. Зайчиха рухнула на пол, едва дыша – паутина залепила ей нос.
Паук зашипел и стал, лязгая когтистыми лапами, приближаться к жертве.

– Ну что, помог тебе секрет муравьев, глупая тварь? Смотри на меня, посмотри мне в глаза, куда это ты уставилась?

Глаза зайчихи были устремлены куда-то на стену. Паук обернулся и обомлел. В маленькое решетчатое окошко башни смотрело сияющее лицо, от которого вся комната озарялась ярко-оранжевым светом. Зайчиха не могла отвести от него глаз, а паук присел от неожиданности. В следующий момент она увидела клубок своей жизни в руках у лучезарного Принца; он держал его крепко и нежно, и его сияющий вид говорил: «Не бойся, я держу нить твоей жизни».

Комок отступил от горла зайчихи; она глубоко и свободно вздохнула, приподнялась и…стряхнула с себя паутину. Все еще видя Владыку Солнца краем глаза, она смело двинулась навстречу пауку и, глядя ему прямо в глаза, твердо сказала: «Убирайся прочь».

Тот вздрогнул и вдруг стал уменьшаться в размерах, пока, наконец, не рассыпался в мелкую пыль.

– Бежим, – весело крикнула зайчиха дочери дракона. – Кто-то уже давно хочет тебя видеть! И они припустили вниз по винтовой лестнице.

Вбежав в пещеру дракона, молодая дракониха кинулась в объятья отца. Тот залился горючими слезами.

– Доченька, ты жива! Спасибо тебе, смелая зайчиха. Ну вот, хоть ты доченька полетаешь на свободе, а мне, видно, не судьба. Никому не разбить этой тяжелой цепи.

– Отец, но здесь нет никакой цепи, – воскликнула дочь дракона.
– Есть, я ее чувствую. Я слышу ее бряцание. Она очень тяжела.
– Я знаю тайну муравьев, – прервала его зайчиха, – и теперь в лесу нет паутины, которая никогда не кончается, и нет цепи, которую нельзя было бы разорвать.

В подтверждение своих слов она вдруг заговорила на языке муравьев. Услышав звуки этого странного наречия, дракон вдруг почувствовал, как к нему возвращаются силы. Он стряхнул с себя оцепенение, позабыл о своей цепи, рванулся вперед, выбежал из своей пещеры и взмыл в небеса. За ним взлетела в небо его дочь.

***

Так и кончается эта история. Дочь дракона отнесла зайчиху в родной лес. Все, конечно, перепугались, когда увидели дракона, спускающегося с небес на земляничную поляну. А когда с плеч чудовища спрыгнула зайчиха, все обомлели от страха. Ошеломленные звери окружили ее особым почетом и даже хотели сделать царицей. Но зайчиха отказалась.

Рассказав лесным жителям секрет муравьев, она взяла своих деток и ушла жить за дальний овраг, где в ветвях старого вяза жил мудрый филин. Но, сколько она ни пыталась отыскать уединение, к ней все время приходили посетители и спрашивали о дальних странах.

Шли годы, о зайчихе стали постепенно забывать. Она жила со своими детьми и беседовала только со старым филином, а вечерами подолгу вглядывалась в горизонт. Забывая о зайчихе, лесные жители стали постепенно забывать и секрет муравьев.

В лесу стали снова поговаривать о новом царе, а однажды зайчиха услышала от сорок тревожный рассказ о том, как волчонок угодил в паутину, а та оказалась такой прочной, что его не смогли вытащить даже двое взрослых волков. Зайчиха только покачала головой.

Но вот однажды вечером она сидела на своем любимом пригорке и вглядывалась в темнеющую даль. Что-то томило ей сердце. Вдруг на западной стороне неба она разглядела два темных пятнышка, которые нарастали с каждой секундой. Когда они приблизились, она отчетливо увидела летящих по небу двух драконов.

– Друзья, я здесь, сюда!!! – закричала она, и сердце ее забилось от радости. Увидев ее, драконы приземлились на холм, и дракон-отец сказал:

– Мы прилетели за тобой по велению владыки Солнца. Держи.

С этими словами он бросил ей конец нити.

– Это нить твоей жизни, вернее ее конец. Крепко держись за этот конец и сматывай нить, пока мы будем лететь, и она приведет тебя в его сияющий чертог. Держись за конец своей жизни, и он приведет тебя к ее началу.

Зайчиха крепко ухватилась за конец брошенной ей нити, и все трое взмыли в лазурную синеву небес.

Facebook Comments

Поделиться

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о