Архив рубрики: Философия

Даль иная

У каждого человека есть хотя бы несколько вещей в жизни, которые он делает хорошо. Но хорошо это еще не все. Есть вещи, которые ты делаешь не просто хорошо; что-то вдруг начинает из тебя бить и струиться, как потоки из невидимого источника. Находящиеся вокруг тебя в этот момент люди оживают и начинают подтверждать кивками и голосами, что, мол, здорово. Но даже если и не подтверждают, то все равно видно, что это им интересно, «это» вызывает в них живейший отклик.

Когда ты делаешь «это», ты как будто полностью перестаешь помнить о себе. Тебя что-то захватывает и тащит. Недавно рассказывал одним американским товарищам про метафору. В целом. Пока не начал, и не подозревал, что эта тема настолько мною прожита и пережита, что из нее, как из некоего портала, можно дошагать до каких-то невообразимо красивых вывертов бытия. Времени, впрочем, было мало. Потом, по послевкусию, я понял, что это было «оно». То самое – для чего ты был создан.

У Визбора есть пророческая песня, о том, как нас время от времени зовет гений. Помните: «Какая музыка была, какая музыка звучала, она совсем не поучала, а лишь тихонечко звала… Нас гений издали приметил и, разглядев, кивком ответил и ДАЛЬ ИНУЮ ПОКАЗАЛ. Там было очень хорошо, и все вселяло там надежды, что сменит жизнь свои одежды, ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля-ля». Человек мотивируется многими вещами: в иные моменты нам нужно понуждение, поучение, понукание. Но бывают моменты, когда нас побуждает ДАЛЬ ИНАЯ. Читать далее Даль иная

Поделиться

Вопрос безрукого ангела

Настоящий собеседник всегда готов к неожиданностям. Когда ты заранее знаешь, что человек скажет и сделает, становится неинтересно. И все-таки я часто подхожу к другим не для того, чтобы удивиться тому, что они мне скажут, а для того, чтобы «пропихнуть» что-то свое. В этот момент собеседник умирает. А ведь жизнь – это тоже собеседник. Но мы часто не желаем с ней разговаривать, мы скорее хотим ей сообщить то, что нам нужно. Редко удается начать день с мысли: «Сегодня Бог мне что-то дает и нет никакой ошибки в том, что он дает». Скорее начинаешь с мысли: «Сегодня у меня опять нет того-то и сего-то, чего бы мне очень хотелось».

При таком начале день превращается в гонку за тем, чего нет – без внимания к тому, что есть. Это подобно тому, как если бы мы в разговоре с человеком не слушали его, а все время говорили свое. Зачем он вообще тогда нужен? А вдруг он хочет что-то сказать, чего мы не ждали? Бог – собеседник. У него есть что сказать, и он зовет нас в диалог. Но разговор с ним – это всегда доверие потоку. Умеем ли мы доверять потоку жизни как потоку собеседования с Богом? Как в разговоре с человеком нужно довериться течению разговора и не пытаться им манипулировать, так и в диалоге с Богом нужно довериться потоку событий, мыслей, слов и встреч и не манипулировать ими. Читать далее Вопрос безрукого ангела

Поделиться

Третье искушение сатаны

Время от времени задумываюсь, почему Христос не утвердил свое Божество однозначно и бесповоротно каким-нибудь ярким и бесспорным доказательством. Мог же он, например, написать на небе большими буквами: «Я действительно Бог». Или превратиться у всех на глазах в розового слона. А потом исчезнуть, как Бильбо с кольцом. Или что-нибудь в этом духе. Но в том-то и дело, что он не в этом Духе. Ему ничего не стоило утвердить свой авторитет каким-нибудь окончательным знамением, но он этого не сделал.

Потом я подумал, что это как раз то, что Христос отверг в третьем искушении сатаны. Тот предлагал ему утвердить свой авторитет с помощью бесспорного доказательства — на глазах у всех броситься с крыла храма. Конечно, прилетели бы ангелы, и весь народ был бы на коленях, поклоняясь новому царю. Что плохого? Разве не было бы всем людям благо? Они бы признали Христа царем. Всякое колено преклонилось бы пред ним. Разве не к этому все идет (Фессалоникийцам 2:10)?

Очевидно, Богу не нужно такое поклонение. Потому что Христос не утверждает себя как внешний авторитет. Он хочет, чтобы его узнали. Узнавание — действие не внешнее, а внутреннее. Узнать в человеке друга нельзя, пока ты в общении с ним не прочувствовал его личность, которая становится тебе интересной. Внешне мы общаемся со многими людьми, но знаем немногих. Внешнее присутствие человека с нами еще не означает его «подлинного присутствия» с нами.

Есть ли у вас в жизни люди, которые подлинно присутствуют с вами? Часто мы путаем внешнее присутствие человека с его подлинным присутствием. Подлинное присутствие человека настигает тебя как откровение, когда ты в общении с ним распознал в нем какую-то ценность. Можно провести с человеком полжизни, но так и не встретиться с ним. Что такое подлинное присутствие человека в нашей жизни? Это когда мы в своем опыте узнаем «его самого» за внешней оболочкой. Узнаем его лицо. И тогда не так уж важно, с нами он физически или нет.

Подлинный, внутренний человек не может быть узнан внешними чувствами. Присутствие личности познается сверхчувственно. Оно приходит как откровение. Чтобы осознать Присутствие в своей жизни, невозможно полагаться на чувства. Христос, как Богочеловек, отказывается являть нам себя в непосредственном чувственном опыте. Он мог бы легко это сделать, если бы поддался искушению сатаны. Но он никогда не стал бы для нас внутренним авторитетом. Тем, чью беспредельную ценность мы «узнали», «распознали». Подлинное присутствие Бога в жизни распознается только сверхчувственно.

Отсюда странная фраза Христа: «Хорошо для вас, что я ухожу. Иначе не пришел бы Другой». Если бы Христос остался с нами во плоти, мы никогда не узнали бы его подлинного присутствия. В Духе. Подлинное присутствие Бога в нашей жизни распознается только сверхчувственно, через Дух. Дух Божий распознается духом, который в нас. Как в сказках: «Здесь русским духом запахло». Как «пахнет» Святой Дух? Знающий этот запах, не спутает его ни с чем.

Поговорив с человеком какое-то время, всегда чувствуешь его «дух». Пообщавшись с носителем Духа Божьего, всегда понимаешь — «это Дух Христов». Он чувствуется, у него есть запах, но это сверхчувственный запах. Дух дышит, и запах его слышишь. Благо, что Христа нет с нами в непосредственном чувственном опыте, иначе мы не узнали бы его в подлинном Присутствии. Он был бы для нас внешним авторитетом, земным царем, таким же, как все остальные монархи, которым нет никакого дела до внутреннего состояния своих подчиненных. Им нужно лишь внешнее подчинение.

Но Бог хочет встречи с нами во внутреннем человеке. Распознавая Бога в деталях повседневной жизни, мы вдыхаем Дух Христов. Сверхчувственный запах его присутствия. Если вы не «чувствуете» Бога, значит Бог хочет показать вам свое подлинное присутствие. Эта пустыня чувств и есть то самое место, где нам открываются источники. Именно в пустыне нас озарит мысль: «Я не вижу его глазами, не чувствую плотью, но узнаю его Дух — в каждом повороте событий, в каждом взгляде, в каждом действии, в каждой «случайности».

Поделиться

Разговор по понятиям

От Ветхого к Новому Завету произошла определенная смена понятий. Так, например, смысл жертвы изменился. В Ветхом Завете жертва понималась как внешнее приношение физического животного. В Новом Завете понимание жертвы становится более полным — сказано, что Бог, собственно, жертв не хочет, ибо «жертвы Ты не восхотел». В Новом Завете наша истинная жертва Богу — «хвала уст». Благодарность за то, что уже совершено.

То же самое можно сказать и о целом ряде других ветхозаветных понятий, смысл которых, если не поменялся, то существенно дополнился в Новом Завете. Например, Суббота понималась как день, отделенный для Господа, а в Новом Завете суббота — синоним веры, покоя в Боге (Евр. 4:1-3). Закон в Ветхом Завете понимался как следование заповедям, а в Новом Завете любовь есть исполнение закона. Любящий исполнил закон.

Список доведенных до полноты понятий можно продолжать, и все же я замечаю, что целый ряд понятий до сих пор воспринимается нами «по-ветхозаветному». Я бы даже сказал «по-язычески». Взять, например, понятие врага. Враг в язычестве — это тот, кто нанес тебе какой-то ущерб, и ты оправдан в своей ненависти и мести к нему. Чтобы восстановить справедливость, нужно воздать ему тем же. Отсюда языческая тема мести, в том числе кровной. Это дело чести. Дело восстановления справедливости. Читать далее Разговор по понятиям

Поделиться

И это все о нас

Любой, кто когда-либо наблюдал за двумя братьями, знает, что весь мир для них сводится к одному слову – состязание. Моим мальчикам непременно нужно именно то, что сейчас в руках у другого: стул, на котором тот сидит, лук, из которого тот стреляет, еда, которую тот взял в холодильнике. Если одного попросили что-то принести, другой тут же несется сломя голову, чтобы принести это первым. Младший, конечно, частенько проигрывает в этой схватке, но у него вырабатываются другие «конкурентные преимущества», вполне компенсирующие недостаток живого веса.

У меня никогда не было двух девочек, но, подозреваю, что у них картина такая же. «Я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?» Состязание, непрерывное желание сравнивать себя с кем-то — это то, что порождает в детях (и не только в детях) импульс насилия. Двигатель насилия, в любой его форме, это сравнение. Мифологическим символом логики насилия является Каин, убивший Авеля. Первое насилие в роде человеческом произошло в результате сравнения: что я хуже него? Читать далее И это все о нас

Поделиться

Событие и СО-бытие

Отношения, диалог, разговор – самая непредсказуемая вещь на свете. Она не от мира сего. Бог не создавал отношений и разговора, они были всегда, в недрах Троицы. Именно в отношениях до сих пор слышится эхо небес. Но наиболее всего это эхо слышится в спонтанности разговора. Пробовали ли вы когда-нибудь планировать общение? Ну и как? Чем больше плана, тем меньше жизни. Интересный, живой разговор – царство спонтанных реакций. Ответов, рождающихся на месте.

Это постоянное вслушивание в то, что придет на сердце собеседнику. «Вот как? Интересно, а я и не подозревал». В подлинном разговоре НЕЛЬЗЯ предугадать ответ собеседника. В этом сама суть разговора, общения. Разговор – это игра в теннис, перекидывание мяча партнеру без малейшего шанса предугадать, куда он вернется, и вернется ли вообще. Но это и делает игру интересной, живой. Без этого «незнания» не может быть жизни.

Когда есть подлинное общение, появляется возможность для вспыхивания жизни. Вспомните какой-нибудь последний разговор, который вас «оживил»? То, что вас оживило, не было запланированным. То, что вы услышали, было неожиданным всплеском жизни. Это событие. Любое событие – это всегда пересечение никем и ничем не контролируемых обстоятельств. Событие разговора – это всегда пересечение никем и ничем не запланированных реакций, в которых вдруг проглядывает жизнь. Рождается нечто новое. Читать далее Событие и СО-бытие

Поделиться