Архив рубрики: Комментарии к фильмам

«Вам письмо» — Бог как Другой

Недавно в очередной раз пересмотрели «Вам письмо» (You’ve got mail). При всех недостатках голливудского кинематографа, у них есть фильмы, которые хочется пересматривать много раз. Этот – яркий пример.

И если задуматься, почему – ведь есть же и более достойные фильмы, более глубокие, более продуманные, более «целомудренные» – то приходишь к выводу, что в таких сценариях ухвачена какая-та вечная тема, лейтмотив, который, словно откуда-то из подсознания, заставляет тебя остановиться и почесать голову: «А ведь что-то в этом есть».

Я уловил, как минимум, две вечные темы, благодаря которым сюжет притягивает к себе снова и снова. Эти «темы» можно назвать, выражаясь языком Лосева (в «Диалектике мифа»), мифологемами, то есть сюжетными линиями или явлениями, не сводимыми к дефинициям. Их нельзя определить через что-то другое. Самая очевидная мифологема – Бог. Как любит шутить Питер Крифт: «Дайте мне определение Бога и приведите два примера».  Читать далее «Вам письмо» — Бог как Другой

Поделиться

Энакен Скайуокер или как добро ведет ко злу

Как и любой истинный миф, миф о переходе Энакена Скайуокера на сторону зла цепляет своей непреодолимой убедительностью. Цепляет то, что на злую сторону Энакена привело, как ни странно, добро.

Еще в юношестве на могиле матери он дает себе роковое обещание: «Когда я вырасту, я стану всесильным и никогда не допущу, чтобы мои близкие страдали». Не в этот ли момент произошел его переход на сторону зла, хотя во времени он случился гораздо позже? В этот самый момент в его душе произошел торг – обладание любимым человеком в обмен на нарушение закона Божьего.

Он принял для себя решение больше никогда не расставаться с любимыми, чего бы это ему ни стоило. Доброе желание – защитить любимых от гибели – возведенное на пьедестал, превратилось в нем в бесовскую одержимость. Как сказал Тим Келлер, идол – это добро, превращенное в высшее благо.

Когда Энакену пришлось выбирать – пойти на риск потерять Падме или выбрать зло – он выбрал зло. Зло стало для него средством для достижения добра. Как иронично, что он сам «убил» Падме, почти что собственными руками – ту самую, которую хотел спасти. Когда мы ставим некое добро на пьедестал и стремимся к нему любой ценой, мы теряем это добро, уничтожаем его собственными руками. Читать далее Энакен Скайуокер или как добро ведет ко злу

Поделиться

Фильм «Сотворившая чудо» (2000 г.) — миф о неистовой любви

Фильм «Сотворившая чудо» 2000 г. (Miracle Worker) поразил меня так, как, пожалуй, не поразил даже «Властелин Колец». Поразил, главным образом, тем, что это реальная история о том, как Энни Сэливан научила слепоглухонемую Хелен Келлер говорить. «Научила» тут не совсем правильное слово, вернее, совсем не правильное.

Это миф о том, что истинная любовь неистова, как полки со знаменами. Истинная любовь сражается до смерти. Энни столкнулась не с несчастной девочкой, а с маленьким бесенком — Хелен была испорчена любовью родителей до такой степени, что не подпускала к себе никакого, даже собственного отца. Ее баловали конфетами и позволяли делать все, что та хочет — всем было жалко бедное дитя. Такая любовь превратила ее в маленькую бестию.

За завтраком она руками хватала еду из тарелок всех, кто сидел за столом. Если ей говорили «нет», она устраивала истерику и колотила ногами по полу, пока не добивалась своего. Она всегда добивалась своего.

Энни сразу поняла, что у Хелен все в порядке с головой; перед ней просто озлобленный ребенок, который не знает, что его любят. Чтобы быть уверенным, что тебя любят, нужно увидеть любовь, сражающуюся за тебя до смерти. Хелен видела, что папа и мама сдаются перед всеми ее капризами, только бы в доме было спокойно.

Хелен это бесило. Она делала все, чтобы нарушить это спокойствие. Она ждала — когда же ее остановят? У кого есть силы сражаться за нее до конца? Ни у кого этих сил не было. Кроме — Энни Сэливан.

Та с первого момента поняла, что Хелен жаждет неистовой любви. Ее неистовая разрушительная позиция по отношению к жизни была отражением ее жгучей жажды контакта. Но кто посмеет подойти к ней близко? Кто посмеет дотронуться до огня? Кто перенесет ожог и сохранит при этом нежность?

Энни вступает в схватку — она тратит несколько часов на то, чтобы научить Хелен есть ложкой. Это изнуряющая ожесточенная битва двух воль. Кто кого? Весь внешний мир замер в ожидании. Они не верят, что с Хелен можно справиться. Через пару часов Энни и Хелен выходят из столовой, измазанные кетчупом, в поту. Энни победила — Хелен съела завтрак ложкой и даже сложила салфетку.

Хелен не готова к такой неистовой любви. Она сопротивляется до смерти, желая убедить себя в том, что ее на самом деле не любят. Но Энни не отступает — она просит на какое-то время отдать Хелен в ее распоряжение, чтобы они жили отдельно, и чтобы та не могла убегать к родителям за защитой. Кое-как родители соглашаются на две недели.

Что будет дальше, как прошли эти две недели рассказывать не буду — чтоб не испортить впечатления от просмотра. Скажу лишь то, что миф о неистовой любви глубоко запечатлен в сердце каждого человека. Мы все его знаем, даже если никогда его не слышали.

Все современные теории воспитания подрывают самые основы этого мифа. «Дайте ребенку то, что он хочет и как можно быстрее», — говорят многие современные книги по детской психологии. «Не давайте ребенку плакать, вы нанесете ему травму». «Любовью не испортишь». «Если ребенок капризничает, попробуйте с ним договориться».

Но что-то внутри нас говорит: «Ребенок победил в этой схватке, что же будет потом?» Так нельзя. Нельзя давать ему все, что он хочет, и когда он этого хочет.

В нас живет воспоминание о неистовой любви — все мы, каждый человек, жаждет, чтобы его любили ради него самого, а не ради собственного спокойствия. Нам не нужно такой любви, которая готова сдаться перед любым нашим капризом. Мы хотим твердо знать, что, как бы мы ни бились в истерике, кто-то желает нам истинного блага. И не уступит ни на йоту, даже если ему придется за это дорого заплатить.

И если в нашей жизни нашелся такой человек, мы оттаиваем. Доверять можно только тому, кем нельзя манипулировать. Хелен поняла, что Энни не сдастся, и поверила в любовь. Она вошла  в контакт. И тогда в ней «проснулось» слово. Она вдруг поняла связь между словом и предметом, и с этого момента начала «глотать» знания.

Хелен была глуха и слепа — к любви. У нее не было контакта ни с кем. Как только она испытала на себе неистовую любовь, она прозрела и обрела слух — внутренние зрение и слух. Контакт дает человека желание слова. Жажду что-то сказать. Энни подарила Хелен желание говорить. Потому что желать говорить можно только с тем, кто готов положить за тебя жизнь.

«…ибо крепка,

как смерть, любовь; люта, как

преисподняя, ревность; стрелы ее –

стрелы огненные; она пламень

весьма сильный» (Песнь. 8:6)

Поделиться

“Алиса в стране чудес”. Абсурд или тайное послание?

– Вы, я вижу, робеете, – сказала Черная Королева. – Разрешите мне представить вас этому Окороку. Знакомьтесь! Алиса, это Окорок. Окорок, это Алиса…

Окорок поднялся с блюда и поклонился Алисе; та тоже ему поклонилась, так и не решив, смешно это или страшно.

– Я вам отрежу по кусочку? – спросила она Королев и взяла в руки нож и вилку.

– Как можно? – запротестовала Черная Королева. – Вас только что познакомили, а вы уже на него с ножом! Унесите Окорок!


 

«Хахаха, – привыкли смеяться мы в этом месте, – надо же такой абсурд выдумать!» Но такой ли уж это абсурд?

Как известно, наставником Чарльза Доджстона (Льюис Кэрролл –  его псевдоним) был не кто иной, как Джордж Макдональд, писатель-сказочник Викторианской Англии, который, по словам К.С. Льюиса создал новый жанр в литературе – мифопоэзию.  Тот же Клайв Льюис называл Макдональда и своим наставником.

У Макдональда сказка – способ донести духовный взгляд на мир. Такой взгляд кажется абсурдом с обыденной точки зрения. Но если всмотреться в его образы – понимаешь, что перед тобой вовсе не повествование, а «речь зазеркалья». Эту речь не понять сходу. Чтобы ее понять, нужно как бы поднести волшебную книгу жизни к зеркалу, и тогда зеркальные буквы начнут отражаться в правильном виде.

Не исключено, что «Алиса» написана именно так, под влиянием Макдональда. Такой взгляд на мир очень важен, особенно в наше время. Что же говорит нам «Алиса?»

Если говорить в общем, послание «Алисы» это: «мир вокруг тебя живой». Его недостаточно изучать под лупой или в микроскоп. Так его не познаешь. Мир открывается не тем, кто превратил его в объект, в нечто отдельное от себя, наблюдателя. Он открывается тем, кто с ним… «познакомился».

Есть два типа отношения к миру, по Мартину Буберу, «Я – ОНО» и «Я – ТЫ». Первое отношение – отношение ученого, который рассекает мир на части, чтобы понять, как он устроен. Мир для него – как окорок для Алисы. Его нужно разрезать. Разрезать и употребить.

Но «зазеркалье» учит Алису иному отношению к миру, а именно: «Я – ТЫ». Это отношение знакомства. Познать что-то по-настоящему можно лишь, познакомившись с этим. Это относится не только к человеку, но и к миру вокруг нас. Даже к Окороку.

Если мир для меня – в третьем лице (он, она, оно), то я его не знаю. Это лишь иллюзия знания. Таков классический перевертыш духовного зрения. Чтобы увидеть вещи в правильном свете, нужно пройти сквозь «зеркало», и тогда ты поймешь иллюзорность всего, что считал незыблемым. В духовном мире все по-другому.

Иллюзия знания, то есть отношение к миру как объекту, находящемуся вне меня, – бич нашего времени. Находясь в одной комнате с человеком, мы почти никогда не говорим о нем в третьем лице. Только «ты». Сказать о присутствующем «он» — невежливо. Черная Королева говорит Алисе: «Вас только представили, а ты уже на него с ножом». Окорок для Алисы – он. Королева переводит их отношения на уровень «Я – ТЫ». Она проповедует истинное знание – через знакомство.

Как ни странно, мы постоянно говорим о Боге в третьем лице. Говорим «о» Нем. Как будто Он не присутствует здесь, рядом с нами. Он для нас – объект. Наше отношение к нему: «Я – Он». Истинное же отношение к Богу это: «Я – ТЫ». Подлинные отношения с Богом – это разговор с Ним. Все сто сорок восемь страниц «Исповеди» Августина – это обращения к Богу. Он не пишет нам. Он разговаривает с Ним.

Мир вокруг нас жаждет отношений с нами. Не в языческом смысле обожествления стихий, а в подлинно христианском смысле – в смысле «чтения» его проповеди. «Небеса проповедуют славу Божью, и о делах рук Его вещает твердь» (Пс. 18:2). Дерево за твоим окном не просто дерево – оно проповедник. Облака передают речь. Острова ликуют. И это не просто метафоры, это призыв услышать их проповедь.

Можно пройти мимо дерева за окном, ведь это просто дерево. Да, о нем можно прочитать в Википедии все, что можно о нем знать, но по-настоящему вы его не узнаете. Не спешите бросаться на него с ножом. Не спешите рассматривать сквозь лупу.

Присмотритесь к солнечным лучам, залившим его верхушку оранжевыми предзакатными тонами. Задержитесь, чтобы увидеть мерно раскачивающиеся на легком ветру ветви. Кому они машут? Конечно, вам! Прочувствуйте очарование звездной ночи, зажигающей небо мириадами точечных светильников. Поднимите голову и рассмотрите: «Там высоко-высоко кто-то пролил молоко, и получилась млечная дорога».

И тогда мир встанет и поклонится вам, как Окорок перед Алисой, и станет говорить вам свои речи.

Поделиться

Песнь моря

Посмотрели мультик “Песни моря” http://www.kinopoisk.ru/film/714248/.

Помнится, Джордж Макдональд писал, что если художнику удалось передать в своем творении что-то истинное, то зритель (слушатель) обязан увидеть в нем больше, чем вложил автор.

У возникло такое же чувство при просмотре “Песни моря”. Не знаю, вкладывал ли режиссер все то, о чем я подумал, но в любом “истинном” мифе есть и должны быть отзвуки главного Мифа.

Вспомнилась фраза ап. Павла: “Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано “неведомому Богу”. Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам” (Деян. 17:23).

Такое ощущение, будто этот алтарь неведомому Богу есть в любом народе. В этой ирландской истории рассказана сказка об искуплении, но на языке язЫков. Каждый народ преломляет историю искупления по-своему, проницает ее через свою собственную интуицию.

В этой легенде грехопадение – это отказ от чувств. Искупление – это возвращение чувств. Но как это сделать? Как вернуть чувства? Мальчик Бен, глазами которого рассказывается история, сталкивается с горькой правдой – когда человеку становится больно, приходит Макка и забирает у него чувства. Чтоб не мучался.

Все боятся Макки, но она сама уверена, что несет людям счастье. И когда человек отдает ей свои чувства, он превращается в камень. Мир полон каменных людей и духов.

К каждому из нас рано или поздно приходит боль, и чаще всего человек убегает от невыносимых чувств. Он изобретает себе Макку – способ побега от реальности. Макка – совообразное существо, символ ложного искупления, облегчения жизни, цена которому внутреннее онемение чувств.

Что плохого в том, что человек перестает ощущать боль? То, что он одновременно теряет способность чувствовать радость.

Но есть “селки” – волшебный тюлений народ, который иногда выходит из моря на поверхностью земли. Это феи. И вот одна такая фея вступает в союз с человеком, и у них рождается сын и дочь. Дочь – это одновременно и человек, и фея, селки. Она может превращаться в тюленя, когда надевает волшебную шкурку. Но главное – у нее есть раковина, и когда она играет песню, которой научила ее мать, у человека начинают пробуждаться чувства. Он расколдовывается, перестает быть камнем.

Надежда мира, селки (девочку зовут Сиерша), хрупка. Ее брат, Бен, понимает, что без него она обречена. Он должен спасти ее прежде всего от Макки – та пытается лишить ее чувств. У нее почти получается, но мальчик готов на все, чтобы спасти сестру. Искупитель мира пришел в мир хрупким ребенком, и многие искали души его. Если бы не люди, которые были вокруг Него, мир не был бы искуплен.

Искупление не может прийти без человека. Бог слишком хрупок в этом мире, чтобы спасти нас без нас. Его сила, как сила селки, может проявиться только в определенных условиях. Его сила – это не насилие, а, скорее, сила в оправе слабости. Сила, скрытая покровом немощи.

Сиерша может спасти мир, но сначала нам нужно спасти Сиершу. Бог в нашей душе может сделать многое, но только мы можем дать Ему возможность это сделать. Он не будет насиловать душу. Он ждет, пока мы Его “спасем”. Отдадим Ему все. И тогда… начинает звучать песнь моря.

Песнь селки – это музыка, пробуждающая камень. Сиерша начинает петь. Это песнь ее матери. Камень начинает чувствовать и оживать. С чувствами приходит и боль, и в первую очередь эту боль испытывает Макка. Боль о том, что ее сын нестерпимо страдает. Это она когда-то превратила его в каменную скалу, чтобы не видеть его страданий. Но теперь она снова чувствует эту боль.

Макка – не демон, а скорее изобретенный человеком способ убежать от реальности. Не зря она говорит голосом бабушки Бена и Сиерши. В бабушке действовал дух Макки – она была готова “спасти” своего сына и внуков любой ценой.

Теперь, когда Сиерша запела, происходит чудо – из волн моря появляется ее мама. Отец просит ее остаться, но это невозможно. Мать хочет забрать Сиершу с собой в мир духов, но та просит остаться с отцом и сыном. Для этого нужно отдать свою шкурку и стать просто человеком. Сиерша выбирает стать человеком.

Что-то происходит с отцом. Он, некогда потерявший свои чувства из-за ухода жены, обретает новую жизнь через то, что Сиерша остается с ним. Он понимает, что она осталась ради него и Бена, и это воскрешает его к радости.

Макки больше нет – остается только бабушка. Она видит, что каменный великан (заколдованный ею сын) уже не каменный. Что произошло? Он обрел свои чувства, и эти чувства были искуплены жертвой его дочери, Сиерши, которая сознательно отдала свою волшебную природу.

Христос сознательно отдал Свою Божественную природу, когда умалился и пришел к нам в хрупком человеческом теле. Он решил остаться с нами, сотворив у нас обитель.

В чем искупление наших чувств? Почему мы так часто слушаем доводы Макки и отказываемся чувствовать? Потому что мы боимся, что нашим тяжелым чувствам нет искупления. Нам кажется, что будем чувствовать это всегда. Песнь моря – это когда в нашей душе вдруг начинает звучать что-то, что зовет нас вернуться к чувству. Это сильнейший призыв, и если его услышать, он может привести к боли и слезам. Когда душа оттаивает, она начинает плакать.

Но у этих чувств есть искупление. Как только в вашем сердце зазвучит песнь селки, дайте ей звучать, начните плакать, и тогда перед вами появится Тот, Кто отдал свое Божественное достоинство навсегда, чтобы стать человеком. Вы увидите Его. И слезы сменятся радостью.

 

 

Поделиться